RSS Vk
list Меню

Ощущение благодати невозможно передать своими словами

13 Декабря 2009 год

Интервью с диаконом Андреем Кривоноговым, клириком храма св. вмч. Димитрия Солунского на Благуше
Это интервью было записано в День памяти Святого апостола Андрея Первозванного (13 декабря 2009 года), в день, когда настоятель и братия, прихожане нашего храма сердечно поздравляли с именинами диакона Андрея — человека, способного удивительным образом настроить каждого верующего на молитвенный лад, человека, который своим пением пробуждает сердца и объединяет всех в радостном хвалении Господа нашего Иисуса Христа.

Отец Андрей, расскажите о своём воцерковлении? Когда Вы стали верующим человеком?

Веровать в Бога меня научили ещё в детстве родители и бабушка, которая даже в советские времена хранила в доме иконы и с удовольствием рассказывала мне о Православии, а самостоятельно посещать церковь я начал уже будучи студентом техникума.

В какой храм Вы ходили?

Это был Храм Благовещения в Петровском парке, где служит очень уважаемый священник — известный проповедник отец Димитрий Смирнов. Его пламенные речи буквально зажгли мою душу и получилось так, что все у меня есть — вера, сила, молодость… Возник вопрос, а куда это все приложить?

Время было такое, начало 90х, когда повсюду восстанавливались храмы, и Господь так устроил, что мне, совсем ещё молодому человеку, удалось потрудиться на этой ниве.

Вы работали вместе с теми, кто восстанавливал Храм Святого Великомученика Димитрия Солунского? Как это получилось?

Меня пригласил прежний настоятель — отец Сергий Косов. Так получилось, что он у нас на дому крестил моего младшего брата, такой светлый, доброжелательный батюшка… С ним разговорилась моя мама, стала меня нахваливать, рассказала, что я — верующий молодой человек, читаю Евангелие, хожу в церковь, отец Сергий очень заинтересовался и сразу же, предложил мне приехать к ним в храм на службу. Я с радостью согласился.

В первый же день меня пригласили в алтарь, и я помогал в течение всей службы. Этот день я не забуду никогда! Служение мне показалось очень непростым, с какими то невероятными премудростями, постоянно на ногах. Храм тогда представлял собой сплошные руины, которые остались от завода цветных металлов, занимавшего помещение церкви в годы СССР. Все было очень простым и скромным, мы служили в разноцветных стихарях, так как не было достаточного количества облачений на разные праздничные дни. У меня был самодельный голубой стихарь с какой то фланелевой подкладкой, на которой были изображены чайники… Это кто то из наших прихожанок сшил своими руками.

Такие времена были, что каждый помогал церкви — чем мог. Представляете, прихожане даже обеды для всей братии готовили, есть такая прихожанка — матушка Екатерина Никифоровна, дай Бог ей здоровья! Так она на протяжении нескольких лет варила обеды на 2025 человек, я сам бегал к ней домой за большущими кастрюлями.

А через некоторое время мне самому пришлось занять почётную должность кашевара. Каждый день получал по 100 рублей на продукты и проявлял особую смекалку, чтобы на эту небольшую сумму прокормить всю братию и всех, кто трудился на строительстве храма. Староста Александр Ладыгин ещё постоянно надо мной подшучивал, спрашивал: а где мясо?

В прежнем помещении кухни даже воды не было, приходилось приносить её в вёдрах, посуду мыл в тазике. Однако в юношеском порыве я так старался, что даже ухитрялся так накрывать на стол, чтобы под первое и второе у каждого была отдельная чистая тарелка.

В те времена службы проводились не каждый день, а лишь по праздникам и выходным, в остальное время — восстанавливали храм. Можно сказать, что работали не за страх, а за совесть, уже сейчас, когда прошли годы, я могу говорить о том, что строительство храма – это особый благодатный труд, который посылается Богом далеко не каждому человеку.

Получается, что храм восстанавливали необычные люди? Кто они?

Эти люди трудились во Славу Божию! Прекрасные люди! В первую очередь, следует рассказать о родителе нашего отца Михаила – ныне покойном Сергее Федоровиче Сотникове. Это был человек — душа всей нашей команды. Профессиональный строитель монтажник, с богатым опытом, ему доводилось трудиться на даче президента Горбачёва в Форосе. Человек, который был глубоко верующим даже в советские времена, человек, который даже в советские времена жил в настоящем венчанном браке. Уверен, что Господь особым образом отметил его духовные заслуги — единственный сын Сергея Фёдоровича стал священником.

Сергей Фёдорович работал практически бесплатно. Более того, когда мы разбирали заводское имущество и сдавали в пункт приёма цветных металлов различные материалы, а завод, который стоял на месте храма, был весьма зажиточным, даже воздуховоды из нержавейки, Сергей Фёдорович отказался от этих заработков. Представляете, ему во сне явилась Богородица и сказала, что «из Храма ничего брать нельзя». После этого Сергей Фёдорович и сам в металлолом ничего не относил и другим не советовал. Такой был человек, большая у него была душа, и по истечении времени она пленяет ещё сильнее. Я его никогда не забуду!

Ещё один замечательный человек, трудившийся в храме — это дядя Коля «Белорус» (фамилию его я не запомнил). Он работал штукатуром, штукатурил тот придел, где сейчас расположена ризница, удивительный был человек! Как то пришёл из больницы и сообщил, что у него в голове нашли опухоль, и теперь жить ему осталось около года. И действительно с тех пор, он трудился, не покладая рук. Вкалывал, без перерывов, доделывал работу за другими, Господь открыл ему время кончины, и он дорожил каждой минутой. Видите, с какими людьми довелось работать!

Ещё в нашем коллективе был самый настоящий святой — блаженный Димитрий. Бывший офицер, уволившийся из армии по состоянию здоровья. Улыбка у него была замечательная! Настоящая, детская! Трудился он совсем бесплатно. Таскал булыжники из котлована, который был на месте алтаря. Однажды, он рассказал всем, что слышал, как на этом месте поют ангелы. Я тогда посмеялся в душе над этими рассказами. Сейчас я понимаю, что все это чистая правда! Сергей Фёдорович сразу заметил, что этот Димитрий не от мира сего, Божий человек, а Димитрий, как только понял, что мы стали к нему относиться с каким то особым почтением, сразу куда то пропал. Так часто бывает, когда мы имеем дело с необычными людьми. А я и сейчас помню его детскую улыбку, понимаю царей, которые боялись юродивых. Он был человеком, который отрёкся от своего ума ради Христа, проводником Божественного разума.

Много было интересных людей — Колька Колесников, уставщик Георгий Гаврилович, отец Ефрем… Каждый человек — отдельная история.

Мне вспоминается старая притча о том, как люди трудились на строительстве и у одного из них спросили, что он делает, и он раздражённо ответил: не видите? Целый день вожусь в глине! У другого спросили, и он спокойно сказал: кладу стену из камня. А третий с удовольствием ответил: возвожу храм! Вот и у нас было такое настроение, что мы возводим храм! Отец Сергий Косов говорил, что даже если за весь день ты забьёшь всего лишь один гвоздь, уже день прожит не зря.

А какие нибудь особенные воспоминания, связанные со строительством, сохранились на Вашей памяти?

Помню, я собрался на одно из первых свиданий с девицей Анной, моей будущей женой, в Большой Театр на оперу «Евгений Онегин». Привёз на работу костюм, белую рубашку и галстук. И сразу после работы снимаю свою грязную робу и переодеваюсь в эту парадную одежду… Нужно было видеть, как я смотрелся на фоне перепачканных с головы до пят строителей, надо было видеть, как вытянулись лица у моих товарищей по работе, как они от души смеялись!

Запомнился такой случай: настоятелем храма был уже отец Пётр Липатов и литургии служились каждый день. Я помогал в алтаре отцу Михаилу, как вдруг раздался страшный грохот, можно было подумать, что это обрушилась крыша, все прямо затряслось вокруг. Выбегаю из алтаря и вижу, что с верхних этажей сбрасывают огромные — восьмиметровые балки. Внизу стоит отец Пётр и с улыбкой спрашивает: перепугались? Не бойтесь, продолжайте службу… Решимость его в этот момент меня поразила — батюшка спокойно разгуливал в опасных местах, прямо в подряснике забирался по лесам, лично контролировал каждый этап строительных работ. Надо отдать должное, он великие дела делал и своим примером показывал, что когда трудишься во Славу Божию, нет ничего невозможного!

А как Вы стали диаконом?

Меня рекомендовал отец Пётр, быстро подготовил необходимые документы, далее — епархиальный совет, собеседование с владыкой Арсением. Страшный, трепетный момент…

Это очень личные ощущения, как бы ты не подготовился, все равно все пойдёт не так как ты запланировал. С тобой очень внимательно беседуют, на первый взгляд это обыкновенные вопросы, но они имеют очень глубокие духовные корни. Эта мирная беседа имеет очень далеко идущие последствия.

Самый важный момент — хиротония. Меня рукополагал епископ Савва Красногорский, викарий Московской епархии. До этого момента с владыкой я не был знаком лично. Однако те чувства, которые меня переполняли при общении с ним…

Сразу было ясно, что это не простой смертный, это человек, который удостоился особой благодати, человек, который изменился благодаря постоянному литургическому служению. Это очень таинственный момент, ощущение благодати невозможно передать своими словами. Получается, что раньше был обычный молодой человек — алтарник Андрюша, чтец, а теперь уже диакон, настоящий священник! Это удивительная вещь! Таинство!

Это была четвертая неделя Великого поста, неделя Преподобного Иоанна Лествичника – 2001 год. Помню, как подошёл к престолу, преклонил колено, а владыка Савва крепко прижимает меня рукой и говорит: «Чадо Андрей! Сам Господь призывает тебя! Открой двери сердца своего»! И читает молитву на хиротонию. Возглашают: «Аксиос»! И ты понимаешь, что, наверное, совсем и «не аксиос», но веришь словам владыки и понимаешь, что теперь ты должен быть «аксиос»!

Этот момент передать невозможно, невозможно объяснить, как все это действует на душу человека. В этот момент в душе вспыхивает искра, которая будет возгораться всю жизнь, если не затушить её намеренно.

А что было дальше?

Дальше — суровые будни. Отец Пётр указал на то, что пока я ещё не растерял благодать, служить надо как можно чаще. Я выходил каждую неделю с двумя выходными днями, иногда даже и их не было, в периоды особых праздников. Каждый день читал проповедь прихожанам. Набирался опыта и сил, старался выкладываться по полной программе. Критерий — чтобы все было красиво и правильно. И сейчас я всегда следую этим принципам, даже если нет голоса, сил, здоровья… Может, не всегда получается так хорошо, как хотелось бы, но я делаю все, что могу. Постоянно прошу Бога, чтобы Он помог сохранить этот настрой на всю жизнь, и думаю, что это – правильно!

Диакон Андрей Кривоногов один из «старожилов» Храма Святого Великомученика Димитрия Солунского. Он женат, растит троих детей — Марию, Кирилла и Светлану.

Беседовал: Николай Вальковский
Фотография: Дмитрий Никитин. Пасха 2009